nihutak

Category:

Золотой храм

Роман "Золотой храм" был написан японским писателем Юкио Мисима в 1956 году.
Главный герой - юнный послушаник одного из дзен буддийских монастырей послевоенной Японии. Монах страдает сильным заиканием, считая себя  отвергнутым обществом инвалидом.

Каждый подросток, имеющий изъяны, считает себя избранным, выше других.
Калеки, по-моему, чем-то похожи на красивых женщин. И те и другие устали от вечно обращенных на них взглядов, они пресыщены постоянным вниманием, они затравлены этим вниманием и открыто отвечают взглядом на взгляд.

В монастыре находится красивейший, реально существующий золотой храм - кинкакудзи, который для главного героя является отображением чистой красоты, которая покоряет монаха. В тоже время, он осознает свое уродство и ничтожество перед храмом. В это время происходят периодические бомбардировки Японии, и уничтожение человека одновременно с золотым храмом является, по мнению главного героя, возможностью поравняться с великим храмом, слиться с его красотой.
Монах поступает в университет и там знакомится с Касиваги - циничным, больным косолапием калекой. Монах сближается с ним на фоне общей неполноценности. Касиваги умеет влюблять в свои косолапые ноги девушек, и знакомит с одной из своих бывших поклонниц главного героя. Во время их сближения перед монахом возникает золотой храм, которые не позволяет думать о плотской любви.

По случаю окончания войны настоятель монастыря рассказывает следующий коан:

В эпоху Тан на горе Нанчуань жил знаменитый праведник Пуюаньчаньси, которого по имени горы прозвали Наньчуань (в японском чтении Нансэн). Однажды, когда все монахи обители косили траву, в мирном храмовом саду невесть откуда появился крошечный котенок. Удивленные монахи долго гонялись за пушистым зверьком и в конце концов поймали его. Разгорелся спор между послушниками Восточной и Западной келий – и те и другие хотели взять котенка себе. Увидев это, святой Нансэн схватил зверька и, приставив ему к горлу серп, сказал: «Если кто-нибудь сумеет разъяснить смысл этого жеста, котенок останется жить. Не сумеете – умрет». Монахи молчали, и тогда Нансэн отсек котенку голову и отшвырнул труп.
Вечером в обитель вернулся Дзесю,старший из учеников мудреца. Старец рассказал ему, как было дело, и спросил его мнение. Дзесю тут же скинул одну сандалию, возложил ее на голову и вышел вон. Тогда Нансэн горестно воскликнул: «Ах, почему тебя не было здесь днем! Котенок остался бы жив».
Вот, в общем, и вся загадка. Самым трудным считался вопрос, почему Дзесю возложил на голову сандалию. Но, если верить разъяснениям преподобного Досэна, в коане не таилось ничего такого уж головоломного.
Зарезав котенка, святой Нансэн отсек наваждение себялюбия, уничтожил источник суетных чувств и суетных дум. Не поддавшись эмоциям, он одним взмахом серпа избавился от противоречий, конфликтов и разлада между собой и окружающими. Поступок Нансэна получил название «Убивающий меч», а ответ Дзесю – «Животворящий меч». Возложив на голову столь грязный и низменный предмет, как обувь, Дзесю безграничной самоотреченностью этого акта указал истинный путь Бодисатвы.

Есть и другое толкование коана, предложенное Касиваги:


"Ну, прежде всего позволь тебе заметить, что котенок, зарезанный Нансэном, был сущее исчадие ада. Хорошенький до невозможности, просто само олицетворение красоты. Глазки золотистые, шерстка бархатная. Все наслаждения и радости жизни сжатой пружиной таились в этом пушистом комочке. Толкователи коана почему-то всегда забывают о том, что котенок был прекраснейшим существом на свете. Только я-то об этом помню. Так вот, котенок вдруг выскочил из травы и, игриво поблескивая нежными, кокетливыми глазками, дал монахам себя поймать. Послушники двух келий переругались из-за него между собой. И неудивительно – красота может отдаваться каждому, но не принадлежит она никому. Прекрасное – с чем бы его сравнить? – ну вот хотя бы с гнилым зубом. Когда у тебя заболел зуб, он постоянно заявляет о своем существовании: ноет, тянет, пронзает болью. В конце концов мука становится невыносимой, ты идешь к врачу и просишь вырвать зуб к чертовой матери. Потом, глядя на коричневый, покрытый кровью, грязный комок, человек поневоле поражается: «Как? И это все? То самое, что так крепко укоренилось во мне, мучило, ни на минуту не давало забыть о себе, – всего лишь кусочек мертвой кости? Не может быть, это не оно! Если боль была частицей мертвой материи, как же она смогла пустить во мне такие корни и причинить столько страданий? В чем первопричина этих мук? Во мне или в ней? Да нет же, этот жалкий осколок, лежащий на моей ладони, – нечто совершенно иное. Он не может быть тем самым». Вот так же и с прекрасным. Может показаться, что, зарезав котенка – иными словами, вырвав гнилой зуб, – Нансэн выкорчевал красоту, но окончательно ли такое решение? А вдруг корни прекрасного уцелели, вдруг красота не умерла и после гибели котенка? И Дзесю, желая высмеять упрощенность и несостоятельность метода, избранного старцем, кладет себе на голову сандалию. Он как бы заявляет: нет иного выхода, кроме как терпеливо сносить боль от гнилого зуба."

Считая олицетворением красоты котёнка из Коана, Касиваги и главный герой спорят о том как с ней бороться. Касиваги утверждает, что бороться надо с помощью сознания, методом Дзесю. Главный герой придерживается мнения, что бороться надо при помощи деяний, ему ближе метод Нансэна.

В итоге, молодой послушник желает осуществить деяние, уничтожив саму суть красоты - золотой храм. Ночью он пробирается в храм и осуществляет поджог, желая сгореть вместе с кинкакудзи. Но жажда жить превышает, и монах спасается из пылающего храма, который затем сгорает дотла.

Данное произведение основано на реальной истории поджога золотого храма психически нездоровым монахом, в результате которого деревянный храм был полностью уничтожен, а монах помещён в психиатрическую лечебницу. Спустя несколько десятилетий храм был восстановлен.


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic